Огни из Ада - Макс Огрей
– Дай-ка теперь я попробую, – сказал Синяков и навалился всем телом на люк.
Несмотря на то что корни по краям были сухие, старлею не удавалось сломать их. Придя в ярость, он снова встал на люк, руками упершись в стены ямы, и приготовился топтать и пинать неподдающуюся крышку. После второго удара его рука скользнула по стене, люк с треском сломался и провалился вниз, увлекая за собой кричащего Синякова.
Было слышно, как орущий старлей плюхнулся на дно погреба. Это был звук, похожий на падение с высоты мешка с картошкой. Наступила тишина. Капитан Баранов медленно сел на колени перед открытым люком и попытался что-нибудь разглядеть внизу или хотя бы услышать движения напарника.
– Петя! – негромко позвал Баранов, будто боясь побеспокоить кого-то. – Петя, ты жив?
В темноте послышались шорох и кряхтение:
– Жив! Этот чертов люк все-таки сломался.
– Слава богу! – уже уверенней крикнул в темноту Баранов. – А я испугался. Ну что там? Что видно?
Послышалось, как Синяков встает на ноги и отряхивает одежду. Затем достает фонарик и включает.
Перед его глазами открылась картина погрома, которую устроили здесь близнецы и Макс с Огнивой. На полу валялись сломанный стеллаж, остатки стола и стульев. В дальнем углу лежали какие-то вещи – тряпки, коробки, что-то еще. Рядом – разбитые банки с сомнительным содержимым, которое давно испортилось и источало зловоние.
– Не молчи, что там? – крикнул капитан сверху. Он видел, как луч фонаря разрезает кромешную тьму, но разобрать освещенные предметы не мог.
– Похоже, что это старый погреб. Ну и вонь же здесь, будто сдох кто-то! – крикнул в ответ старлей Синяков. – Тут все перевернуто вверх дном, видимо, они что-то искали. – Старший лейтенант посветил фонарем вверх, откуда на него смотрел капитан, и лучом света провел вниз по деревянной лестнице. – Спускайся сюда, тут вот лестница есть.
Капитан Баранов, чтобы ни до чего не дотрагиваться руками, начал спускаться спиной к лестнице, как это делают моряки на кораблях. Держась враспор за стену обеими руками, он плавно опустил на верхнюю ступеньку левую ногу. Убедившись, что лестница его держит, поставил правую. Опять немного помедлил, ожидая подвоха, и, поняв, что лестница достаточно крепкая, начал более уверенный спуск. Когда капитан Баранов полностью скрылся в темноте, его правая нога соскользнула: он ступил на самый край каблука, не заметив, что на ботинки налипла глина. Лестница пошатнулась, чуть не потеряв равновесие, Баранов по инерции схватился за нее, забыв о своем проклятии. Ему удалось не свалиться, но это имело последствия. И без того старая древесина, из которой была сделана лестница, сразу же стала трухлявой, а толстые веревки, которыми крепились ступеньки, начали мгновенно гнить. Веревки лопнули, отпуская ступеньку в свободный полет. Следом полетел и Баранов, провалившись между двумя направляющими лестницы. Вскоре он повис на подмышках, облегченно выдохнул, радуясь, что смог удержаться, но не учел, что и без того непрочная конструкция теперь превратилась в труху. Раздался хруст, что-то треснуло в районе подмышек Баранова, и он с грохотом свалился на пол погреба, а сверху его накрыла часть трухлявой лестницы.
– Капитан, ты в порядке? – спросил старлей своего напарника, в два прыжка подскочив к нему.
– А, черт! – крикнул капитан. – Снова дотронулся. Когда же это кончится? Я так долго не выдержу.
– Держись, Леха, – похлопал его по спине Синяков. – У меня такое чувство, что те трое товарищей, которых мы сегодня арестовали, в этом как-то замешаны. Как-то все это странно. Что они тут делали? – размышлял старлей вслух. – Явно же что-то искали. Давай и мы поищем, может, нам повезет. Только постарайся руками ничего не трогать, просто смотри, и все. – Старлей задумался и продолжил: – А еще меня интересует вопрос, как теперь мы отсюда будем выбираться, если лестница уничтожена? Надеюсь, что здесь есть веревка. Или придется вызывать подмогу, чего совсем не хотелось бы. Будут над нами все ржать, как довольные кобылы.
– Угу, – согласился капитан и пошел вглубь подвала в поисках неизвестно чего, ногами отодвигая поломанную мебель и всякий хлам.
За ним последовал и старлей Синяков, освещая фонарем небольшое помещение. Брезгливо ковыряясь в куче разного хлама в углу, он пытался досконально разглядеть каждый предмет. Среди всего прочего ему попались старые свечки, какая-то одежда, похоже, что священнослужителя, подсвечники и мыло. Но вот его внимание привлек блеснувший предмет, чуть выглянувший из-под сломанной мебели. Старлей отодвинул хлам и вытащил из-под обломков большой серебряный крест.
– Ух ты, серебро! – воскликнул он и протянул руку с крестом напарнику. – Капитан, иди сюда, смотри…
Капитан быстро подошел к Синякову с широко открытыми глазами и спросил:
– Это что, правда серебро? Да он, наверное, стоит кучу денег.
– Похоже, ты прав. – Старлей положил крест на ладонь, взвешивая. – Да в нем не меньше полкило.
– Давай еще поищем, тут может быть еще что-то интересное. Похоже, это подвал какого-то священника, – сказал капитан Баранов, пинками разбрасывая в разные стороны хлам.
Нога его уперлась в кучку чего-то твердого, похожего на хаотично валяющиеся картины, прикрытые старой тряпкой. Баранов жестом указал старлею посветить. Небрежно отодвинув ногой тряпку, капитан увидел сверкающие очертания иконы и быстро присел, чтобы поближе разглядеть находку.
– Только не трогай! – прикрикнул Синяков. – Давай лучше я.
Он подошел к находке и присел рядом. Напарники увидели старинную серебряную икону с высоким рельефом. Не веря своей удаче, Петр перевернул следующую икону ликом вверх. Глаза его и напарника заблестели то ли от радости, то ли от света, отраженного иконами.
– Петя! Я не хочу тебя расстраивать, но мне кажется, что мы стали богаты, – с восторгом прошептал Баранов.
– Коллега, – весело ответил Петр, – боюсь, что ты, как всегда, прав. И это меня совсем не расстраивает.
Синяков еще какое-то время покрутил каждую икону в руках, наслаждаясь их тяжестью и предвкушая богатство, потом аккуратно завернул их в ткань и положил на пол, сверху пристроив серебряный крест. Напарники решили, что, возможно, в подвале есть еще что-то ценное, и продолжили свои поиски, уже не думая о том, как будут выбираться.
Глава 32. Побег из участка
Оказавшись снова в своем теле, Макс огляделся по сторонам. Рядом с ним никого не было, а впереди стоял согнувшийся пополам начальник полиции без признаков жизни и весь в крови. Огнивы тоже нигде не было видно, видимо, она лично сопровождала Сосина в преисподнюю.
Конечно, Макс знал, что тут произошло, он за всем наблюдал со стороны, как это было уже не раз. Про себя он отметил, что методы Огнивы становятся все более жестокими и кровожадными. Что делать дальше? Ждать Огниву тут или выйти наружу?
Неожиданно открылась дверь, ведущая к камерам, в одной из которых недавно сидел Макс. Из двери вышли улыбающиеся братья-близнецы. На плече Леха нес бесчувственное тело сокамерника с двумя фингалами под глазами. Саня подошел к стоящему трупу начальника полиции, схватил его за лысый череп и поднял голову. На изуродованном лице полицейского, истекающего кровью, застыла гримаса нечеловеческой боли.
– Узнаю работу мастера, – произнес довольный Саня.
Он схватил Сосина за пояс в районе поясницы и резким движением потянул вверх. Подняв труп на высоту вытянутой руки, Саня снял его со штырей и сразу же отбросил в дальний угол. Он это сделал так легко и непринужденно, будто это был не человек, а надувная кукла. Окровавленные стержни стали утопать в полу и через несколько секунд бесследно исчезли.
– Макс, уходим отсюда, – скомандовал Леха и, поправляя сокамерника на плече, направился к выходу из отделения.
Максим почувствовал, как запахло чем-то горелым, и увидел, что из-под всех дверей повалил дым. Он решил долго не раздумывать и отправился вслед за Лехой. Последним покинул помещение Саня.
Выйдя на улицу, Макс ужаснулся: здание было объято огнем. Правда, что-то в этом пожаре было
